Право кошелька против судов присяжных?

Как расследуются в России дела по экономическим статьям.

«Порочная система» — так нередко отзываются юристы о судах и следствии по экономическим преступлениям. Арест, давление, признание вины и быстрый суд – по подобной отлаженной схеме можно легко потерять свободу и бизнес. Непризнание вины (предположим, вы честный предприниматель и платите все налоги) также не освобождает от ответственности. И потери имущества.

фото: Наталия Губернаторова

Уголовных дел и арестов в бизнес-среде сегодня катастрофически много – бьют тревогу эксперты. За два года число предпринимателей, оказавшихся на нарах СИЗО, выросло на треть — с 4 до 6 тысяч. Такие данные приводит Центр «Бизнес против коррупции». Все ли арестованные — преступники? Оказывается, нет. Согласно статистике, из 200 тысяч возбужденных в отношении предпринимателей дел только 15 % заканчиваются реальным приговором.

О чем это говорит: либо дела «дутые», либо суды чересчур гуманные? Однако именно эти суды активно санкционируют аресты коммерсантов. Даже если затем и оправдывают. И никого, похоже, не смущает, что действующее законодательство, а именно ч. 1.1. ст. 108 УПК РФ, в ряде случаев прямо запрещает заключать под стражу предпринимателей, обвиняемых в мошенничестве.

Но был бы человек, а статья, как известно, найдется.

К примеру, ст. 159 УК «Мошенничество» — одна из любимых у правоохранителей, когда нужно «привлечь» коммерсанта. «Дубинкой по отношению к предпринимателям», — называет ее сопредседатель Центра «Бизнес против коррупции» Андрей Назаров. По его словам, из почти тысячи обращений в организацию за четыре года преследования по этой статье были отмечены в каждом втором случае. «Чаще всего это делается для того, чтобы отнять бизнес или добиться подписи на показаниях о вине», — приводит слова эксперта «Первое антикоррупционное СМИ».

«Уголовное право используется, чтобы «довлеть», — согласен с Назаровым бизнес- омбудсмен Борис Титов. — Чаще всего преследуют в рамках бизнес-конфликтов или рейдерства, реже — при корыстной заинтересованности правоохранительных органов».

О проблеме говорил и Владимир Путин в обращении к Федеральному собранию в декабре прошлого года. По его информации, около 80% предпринимателей, на которых в последние годы заводились уголовные дела, полностью или частично потеряли бизнес. По словам президента, их «попрессовали, обобрали и отпустили». «Это прямое разрушение делового климата», — жестко резюмировал глава государства. В делах по экономическим преступлениям он предложил активно использовать залог, подписку о невыезде или домашний арест. Помещение под стражу назвал крайней мерой, которую можно использовать лишь в исключительных случаях!

Спешат ли наши правоохранители прислушаться к мнению экспертов и президента? Похоже, не очень. Мы привыкли слышать, что в российских правоохранительных и судебных органах зачастую правит не верховенство закона, а, скорее, телефонное право. Когда любой вопрос может решиться по звонку. Очень часто такое «позвоночное право» действует в случае конфликтов между партнерами- предпринимателями. Неудивительно, что право кошелька порождает и судебные решения за гранью здравого смысла. Когда игнорируются очевидные вещи и нарушаются все процедуры.

Анатолий Каверов, начальник управления капитального строительства НПЗ, обвиняется СК по Северо-Кавказскому федеральному округу по ч. 4 ст. 159 УК РФ — «Мошенничество, совершенное группой лиц в особо крупном размере». По версии следствия, Анатолий Каверов вместе с коллегами и подрядчиками фальсифицировал документы о выполнении строительных работ на сумму 137 млн руб. По договору подрядная фирма «Гравитон» должна была демонтировать временный причал в Туапсе и построить новый. По документам работы были выполнены. Но правоохранители получили заявление, что средства были похищены.

«Что нужно делать в таких случаях по всем нормам и правилам следствия, – рассуждает логически адвокат Каверова Александр Забейда. – Сначала — подтвердить факт преступления, затем доказать причастность к преступлению конкретного человека. Но, по моим данным, следствие до сих пор не имеет достаточно полного и объективного экспертного заключения, что работы не проводились и средства были похищены. При этом человек, который не относится к подрядной организации, был заочно обвинен, объявлен в международный розыск и арестован в Хорватии, где проходил лечение после очередной операции на сердце. Сейчас готовится экстрадиция в Россию, где ему грозит многолетний срок».

По словам адвоката, в Европу на лечение его подзащитный выехал вполне законно. «Насколько мне известно, никакие повестки до этого ему не вручали и в уголовном деле его имя я не видел. Уже после этого было вынесено постановление, по которому Каверов не имел право выезжать без согласия органов и его объявили в международный розыск», – говорит Александр Забейда.

«Я усматриваю сразу несколько несоответствий, – рассказывает адвокат. – Во-первых, в постановлении не указана локация, из которой Каверову нельзя было выезжать. Во-вторых, в постановлении об объявлении в розыск не указаны конкретные основания для его объявления и что местонахождение подозреваемого неизвестно. В-третьих, в постановлении указан номер розыскного дела, которое было заведено позже составления данного документа. Как такое могло произойти?»

Сможет ли суд, который выносит постановление об аресте на основе столь странных и спешных следственных действий, объективно и беспристрастно разобраться в спорном экономическом деле? Юрист сомневается.

Его опыт подсказывает, что для людей в погонах сейчас самое главное – добиться признательных показаний. Если не получилось с представителем фирмы-подрядчика (дело заведено на нескольких должностных лиц), то можно взяться и за Каверова.

Изменить ситуацию с подобными делами можно, считает адвокат. Если будут шире применяться суды присяжных.

«Это единственная модель, которая способна обеспечить справедливое судебное разбирательство, — поясняет Забейда. — Такие суды смогут расследовать дела гораздо глубже. Следователи будут напрягаться, пытаться действительно что-то доказать. А если доказательств нет – дело в принципе в суд не пойдет. То есть, неподготовленных дел станет меньше, а следователи, возможно, станут профессиональнее».

Пока же в стране остается парадоксальная ситуация. На недавнем экономическом форуме в Петербурге звучало много предложений, как привлечь инвесторов в Россию. Но есть одна простая истина. Иностранные инвесторы готовы вкладывать деньги в любую юрисдикцию, где хоть как-то защищено право собственности. Однако право собственности может быть защищено только там, где есть действительно независимая и объективная судебная система. Как минимум практика широкого применения судов присяжных, которые наше государство не спешит применять в экономической сфере. А пока  остается  только  надеяться на справедливое рассмотрение дела Каверова,  и  что  он  в  случае  возвращения  в Россию не попадет под бездушную машину следствия, что в его случае закон окажется сильнее.

Автор: Дмитрий ВладимировИсточник

На ту же тему
Поделитесь своим мнением