Национальные особенности ведения бизнеса

Новостной портал
27 Ноября 2015
0 / 5 (0 votes)
Экономика

Предыдущая статья:

Что на самом деле происходит с «Нутритеком»?

22 октября 2015 года, в рамках уголовного дела, возбужденного следственным управлением по СВАО Главного следственного управления Следственного комитета РФ по г. Москве, Георгию Сажинову было предъявлено обвинение в мошенничестве, он объявлен в розыск. Его бывший партнер – Константин Малофеев, 17 ноября 2015 года признан по делу потерпевшим. Как произошла эта эволюция?


фото: Наталия Губернаторова

Обвинение Сажинова в хищении средств из компании ОАО «Нутринвестхолдинг» (холдинговая компания «Нутритек») и признание потерпевшим по этому делу Константина Малофеева позволяют по-новому взглянуть на историю конфликта банка ВТБ и MarshallCapital. Разбирательства, инициированные банком против MarshallCapital, связаны с молочными заводами группы «Нутритек». Вот только тогда банк адресовал свои претензии MarshallCapital и Константину Малофееву. А как было установлено в судах Лондона и Москвы – Малофеев к этому был непричастен. В 2015 году выяснилось, что Малофеев сам, как совладелец «Нутритека», вроде как пострадал от махинаций Георгия Сажинова.

Теперь, исходя из версии следствия, можно оценить схему, с помощью которой акционеры «Нутритека» лишились своих средств.

Рассмотрим подробно. Чтобы было понятнее, причем тут банк, поясним, что Малофеев и Сажинов были равноправными партнерами и крупнейшими акционерами «Нутритека». Обязанности между партнерами были распределены так, что Сажинов занимался операционной деятельностью холдинга, а Малофеев работал над привлечением инвестиций. Следствие полагает, что Сажинов и неустановленные лица выводили деньги из компании в период с 2007 по 2008 год включительно.

В 2007 году «Нутритек» представляет собой холдинг, в который входят предприятия, осуществляющие переработку молока, и предприятия, занятые изготовлением различных видов детского питания. С точки зрения замкнутого цикла всей цепочки производства, все логично. Но существует рыночная оценка компаний, а в ней – капитализация фирм, производящих только молочные смеси (в том числе для детского питания), выше, чем капитализация фирм, производящих молоко. То есть «Нутритек» перед готовящимся IPO стоит дешевле, чем мог бы стоить, из-за наличия в его холдинге молокозаводов. Принимается решение молочные заводы «Нутритека» продать, а полученные средства инвестировать в развитие производства детского питания. Сажинов вызывается найти покупателей на эти активы и договаривается со своим бывшим коллегой (занимавшим должность замминистра сельского хозяйства РФ) Владимиром Алгининым о создании компании «Руссагропром», которая купит молочные заводы «Нутритека». А после договаривается с ВТБ о кредитовании «Руссагропрома».

Банк выделяет кредит «Руссагропрому» в размере более 225 млн долларов, принимая в качестве залога приобретаемые у «Нутритека» заводы. При этом о том, что цена заводов завышена в несколько раз, не может быть неизвестно Георгию Сажинову и ограниченному кругу доверенных Сажинову лиц, из числа топ-менеджеров «Нутритека», которых в настоящее время следствие описывает как «неопределенный круг лиц».

В кризис 2008 года «Руссагропром» прекращает обслуживание кредита, и руководство банка принимает решение об изъятии принадлежащих компании и находящихся в залоге у банка заводов. И вдруг выясняется, что их общая стоимость еле-еле дотягивает до 40 млн долларов. Мы помним, что о кредите, вроде как, договаривался Сажинов и его бывший коллега, собственник «Руссагропрома» Алгинин. Сам Сажинов, в обращении к Высокому суду Лондона, говорит, что впоследствии планировал войти в состав акционеров «Руссагропрома». Однако банк принимает решение требовать возврата средств у Малофеева.

В это же время, то есть в 2008 году, «Нутритек», уже продавший молокозаводы «Руссагропрому», прекращает обслуживать выданные ему кредиты. Это становится неожиданностью для Константина Малофеева, и он переводит операционное управление «Нутритеком» на себя, заменяя все руководство компании, поставленное Сажиновым. Новый топ-менеджмент «Нутритека» заказывает внутренний аудит у компании Ernst&Young, в ходе которого выявляется и вывод средств из группы, и сомнительная отчетность, о чем говорится в подготовленном Ernst&Young отчете. О проблемах «Нутритека», даже спустя годы, помнит руководство, нанятое Малофеевым, и бывшие менеджеры E&Y.

– Когда мы пришли в «Нутритек», уже было понятно, что с ним что-то не так. И даже обнаруженные аудиторами потери компании, если бы они были компенсированы, не спасли бы ситуацию.

Компания приходила в упадок несколько лет, и, для того чтобы ее из упадка вывести, потребовалось бы еще несколько лет – сразу бы ничего не получилось. Нельзя сказать, что предыдущее руководство не делало ничего, но практически все делалось либо не должным образом, либо не своевременно, а бизнес всегда требует, чтобы в него инвестировали и активно участвовали в его развитии, – вспоминает бывший финансовый аудитор «Нутритека», а впоследствии его финансовый директор Эрика Колчина.

– Прямо нашей деятельности бывшее руководство «Нутритека» не препятствовало, однако в компании дважды «случайно» сгорала первичная документация. Один раз в результате ДТП, нам даже представили справку из ГИБДД, другой раз на одном из складов. Я не могу утверждать, что это было намеренное уничтожение документации, но подобные случаи, если они раньше встречались в нашей практике, всегда говорили о некоторых «нюансах» и «недосказанности» в компании, – рассказывает один из бывших сотрудников Ernst&Young, участвовавший в аудите «Нутритека».

То есть, получается обман сразу и банка, и акционеров, и кредиторов? Однако сам г-н Сажинов, в результате, выходит сухим из воды, и к нему, по крайней мере до недавнего времени, никаких претензий не было.

Характерен еще один эпизод этой истории, косвенно подтверждающий финансовые махинации в «Нутритеке». После того как Ernst&Young закончил внутренний аудит предприятия, его результаты были представлены на совете директоров компании. Вот как об этом вспоминает один из его участников: «Во время совета директоров, на котором было доложено о результатах работы Ernst&Young, Сажинов еще присутствовал. Весь доклад он выслушал молча, затем так же, без слов, покинул зал. После этого собрания он на советах директоров больше не появлялся», – рассказывает бывший член совета директоров «Нутритек» Дмитрий Скуратов.

Исходя из такой схемы вывода средств из «Нутритека» остается вопрос: почему Константин Малофеев так долго не заявлял на своего бывшего партнера?

Ответ на него более или менее известен. Как рассказывают в MarshallCapital после расследования, проведенного Ernst&Young, Георгий Сажинов, вроде бы, дал обещание бывшему партнеру, что средства, выведенные им из «Нутритека», будут возвращены и большинство убытков, которые потерпела компания, он компенсирует. После того как этого не произошло, последовало обращение в правоохранительные органы.

Выдвинутое против Сажинова обвинение и признание самого Малофеева пострадавшим дает все основания полагать, что Малофеев не только не был причастен к махинациям с «Руссагропромом», но и сам стал их жертвой. Так же считает и следствие.

Автор: Виктор Киселев

Источник

На ту же тему
Поделитесь своим мнением